02.01.1935 (Письма Е.И.Рерих в Америку т.1)

Материал из Энциклопедия Агни Йоги.

Перейти к: навигация, поиск
Информация о письме
  • Дата : 02.01.1935
  • Издание: Сфера

2.I.35.

Родные мои и любимые, полученные вести из Америки действительно создали праздничную атмосферу у нас. Великая победа одержана, и, как Сказано: “Дом будет в наших руках”. Честь и слава Логвану за его несломимую энергию и веру, которые и привели к победному результату. Так пусть все сотрудники ценят своего президента и приложат все усилия, чтобы помочь ему вывести все Учреждения на блестящий путь широкого развития. Будем помнить Слова Вл[адыки]: “Логванов не найти, ибо огненная вера – редчайшее качество”. Так, родной Логван, передавая Вам Слова Вл[адыки], шлю Вам и мою глубокую признательность за мужественное пронесение тяжкой Ноши. Также ценю всю выдержку, всю твердость и устремленность сердца моей нежной Порумочки, поддерживавшей Логв[ана] в трудные минуты во всех его действиях. “Также не забудем ту роль, которую сыграла в этой победе и наша верная Свидетельница О[яна]”, – так сказал Вл[адыка]. Так запомним самоотверженность нашего Огненного Человечка. Истинно, можно строить с духом, не идущим на компромиссы, ибо победа будет всегда обеспечена. Сердце мое рвется в любви и благодарности к верным мужественным воинам Вл[адыки]. Благодарю от всего сердца и всех сотрудников, приложивших свои старания для облегчения несения этого непомерного бремени. Одна победа влечет за собою другую. Спаянные преданностью и любовью сердца могут творить чудеса, ибо аура их становится магнитом колоссальной силы. Там, где произошло такое счастливое и редкое объединение сердца, будем оберегать явление это свято, как сокровище бесценное, дабы ничем не помешать ему в его сокровенных действиях. Вл[адыке] легко и радостно творить с сердцами, так спаянными. Лишь спаянные сердца могут воспринимать все посылаемое, и только этим нерушимым током может возноситься величайшее построение без трещин и подкопов в основании. Все пути открываются перед огненным сердцем, зажженным желанием выполнить задание как можно достойнее, как можно точнее и ближе к Желанию Вл[адыки]. Именно: “Восторг духа есть огненно созидающая энергия. Восторг духа насыщает каждое явление лучшими устремлениями. При воспитании сердца нужно особенно распознавать эти творящие энергии, которые насыщают дух самыми тончайшими эманациями. При воспитании так важно утончать все чувства. Строение всегда напрягается восторгом и устремлением духа и сердца. Притяжение огненных энергий из пространства имеет в основании своем каждое возвышенное чувство. Так важно пробуждать все огненные устремления. На пути к Миру Огненному устремимся к познанию радости служению Великой Иерархии Света”.

Так, огненно спаянные сердца познают много побед! С 28-го на 29-ое получила спешное Предупреждение послать Вам и Ф[уяме] телеграмму одного содержания, чтобы Гал[ахад] не обращался за средствами к Гл[аве], но к друзьям. Причина в том, что почва еще не готова, и получится отказ. Сейчас следует проявить величайшую бережность. Самость, малодушие, и страх, и непонимание, которые были положены в основание построения, обнаружат еще много темных следствий, потому нужно так тактично, не перетягивая струны, утверждать значение и достоинство имени, не отягощая Гл[аву] новыми предложениями и новыми посторонними просьбами. Будет блестяще, если Ник[одиму] удастся продолжить задание на тридцать шестой год и утвердить в сознании некоторых друзей понимание исключительной мудрости и предвидения Ф[уямы], так же как и его любовь к стране и веру в ее великое будущее. Как Сказано, г-жа Ром. полезна. Так, если Другу удастся собрать несколько лиц и заинтересовать их возможностями Кооп[ератива], он сделает большое дело. Конечно, Кооп[ератив] может быть лишь в М[аньчжоу-Го], но не с сородичами. Не скрою, что была очень удивлена, получив письмо от Ф[уямы], извещающее меня о том, что он писал и даже послал телеграмму, чтобы Гал[ахад] переговорил о средствах с Chi[ef]. Опасаюсь, не было ли дано ему неправильное освещение фактов? Не было ли нечто преувеличено? Это шаг очень рискованный. Все требует подготовки, а при той неумелости, с которой было проведено первое задание, породившее новых и весьма деятельных врагов (не будем скрывать этого от себя), сейчас нужна особая бережность. Можно представить себе, какие мерзкие слухи доходят до многих ушей! Конечно, большое сердце принимает их иначе, нежели малодушное сознание, но все же, повторяю, нужна сугубая осторожность на протяжении значительного времени. Пусть Ник[одим] тем временем собирает друзей и утверждает и свое сознание в значении Посл[анца] и великого будущего. Между прочим, воображаю, как он был поражен, когда Гл[ава] запросил его о Mother?* Вероятно, сначала онемел, но потом вспомнил, что Mother напоминала ему его добрую тетушку, подарившую ему картину Уаттса. И на том спасибо, если сравнивают с когда-то дорогими образами. Так, Модр[а], пусть Гал[ахад] не просит фондов от Гл[авы], но лишь утверждает свое мнение о Посл[анце] и проводит великое строительство будущего с друзьями.

Родная моя Порумочка, так радуюсь всему, что она пишет о своих занятиях. Думаю, что Порумочка найдет слова сердца передать г-же Сав. нашу скорбь, что великого друга страны так недостойно травили нипп[онские] газеты последние дни его пребывания там. Он уехал оттуда с большой болью в сердце, ибо он так верил в культуру и героический дух Ниппона. Конечно, все это к лучшему, ибо самая трудная Карма – это Карма благодарности, ибо она так связывает человека. Также совершенно правильно пишет Гу[ру], что именно враги произнесли те формулы, которые друзья часто не отваживаются произнести, но услышав которые, многие очень обрадовались и захоронили в сердцах своих. Тактика адверза, истинно, великая творческая сила! Как всегда, именно враги стелят мосты и служат трамплином. Без возмущения духа ничего создать нельзя. Без Света и тени Космос не может иметь бытия. Так не будем смущаться врагами, но будем заострять на них свою находчивость и меткость своих ударов. На чем же другом можем испытать свои силы? И разве не радостна битва во имя Вел[икого] Иерарха Света? Разве может она быть не победоносной, если мы идем зажженные факелом преданности, смело, без компромиссов, преисполненные сознания величия доверенного? Родная моя Порумочка, я так радуюсь, что она утверждает действие как великую трансмутирующую силу. Именно действие есть основа всего, и так мало людей, которые понимают это. Конечно, многие под действием понимают всю суету и сутолоку обыденности. Родные мои, особенно дороги мне воины духа, умеющие отстаивать во всем достоинство их Пославшего. Все устремления сердца моего с ними. И велика скорбь моя, видя умаление, принижение и умалчивание.

Прошу, родные, передать Стоксу нашу сердечную благодарность, его поддержка сейчас так нужна, ибо и мои возможности ограничены несколькими месяцами. Конечно, пишем ему благодарность от Инст[итута], также прошу передать Фосд[ику], как я глубоко тронута его даром на нужды “Ур[усвати]”. Ведь все эти дары не от избытка, потому так дороги они. Прошу сказать ему, что я не забуду, и знаю, что в будущем буду в состоянии выказать ему мою благодарность на деле. Если бы не здешние условия, заставляющие нас тратить пятьсот рупий в месяц совершенно непроизводительно, то, конечно, все остальные расходы по “Ур[усвати]”, включая налог и страховку и т[ак] д[алее], не превышали бы полутораста долл[аров] в месяц. Ведь курс доллара стал так низок. Раньше 230 долл[аров] покрывали и вышеупомянутую сумму. Я всячески стремлюсь сократить вышеупомянутый расход, но мне Сказано еще повременить. Также болит сердце и за Европ[ейский] Центр. Значение его так важно, а с падением доллара все стало так обременительно. Думаю, может быть, предложить Лепети расстаться с секретаршей, если и не совсем, то хотя бы сократить часы и дни. Буду настаивать, чтобы он научился писать на машинке. В наше время стыдно так зависеть от секретарш. Также приведу ему в пример наш центр в Риге, который себя оплачивает и даже расширяет свой кооператив. Так, один из членов дает на это деньги, ибо он считает, что кооператив может явиться источником средств для культурных начинаний. За эти годы он также мог найти друзей и членов Общ[ества] и тем облегчить положение. Ибо он должен знать, что трудно ожидать каких-нибудь пожертвований со стороны американцев, после того как Франция отказалась платить Америке свои долги. Это обстоятельство сильно пошатнуло симпатии Америки к Франции. Пусть задумается.

Получили report’ы, копии документов бот[аников] и письма от 14-го дек[абря]. Формула “негоже, негоже, негоже устроили экс[педицию]” точнее точного. Совершенно ясно из всех писем, что если бы Ник[одим] проявил достойное и бережливое отношение к Ф[уяме], то все сложилось бы иначе. Он должен бы пришпилить теперь О.Х. за посланные ими возмутительные телеграммы о Ф[уяме]. Какая же это кооперация между департаментами! Пусть не устрашается О.Х. – это всё чучела. Его положение будет утверждаться по мере проявления им твердости и мужества в охранении имени. Проявленный интерес Chi[ef] к Mother не удивляет меня, ибо дух его чуток и сердце большое. Потому-то так легко было Ник[одиму] подходить с этим именем. Когда же наконец будет осознана вся Мудрость, Предвидение, Знание и Великая Мощь Вл[адык]?! Вл[адыки] знают лучшие сочетания и лучшие сроки.

Теперь относительно охранения имени при ратификации. Я уже писала, что нужно, чтобы наши друзья, авторитеты по интернац[иональным] законам, собрали все положительные данные для этой возможности. Затем увидим, что делать дальше, но нужно торопиться с этим. Если бы Ром. и другие друзья помогли в осуществлении Ко[оператива], великое благо для будущего могло бы осуществиться.

Одобряю политику Зиночки крайней осторожности с сородичами. Ждать от этих кругов многого не следует. Но мы не можем слишком погружаться в эти старые, отжившие слои, следует лишь нейтрализовать их, где возможно, приведением фактов и обличением во лжи, но строить с ними невозможно. Буду писать и Гу[ру] и Уд[рае], чтобы они держались дальше от отживших элементов, ибо связать себя с ними – значит воздвигнуть много препятствий на пути. На это также имеются Указания. Конечно, Дехт. можно сделать членом-корреспондентом. Прошу Зиночку написать мне некоторые биограф[ические] подробности о Дехт., и, вообще, знакома ли она с его мировоззрением? Какие наши книги читал он? Конечно, Н.К. не будет иметь ничего против, если крупный человек встанет на защиту его. Советую Зиночке написать ему, как мы не боимся врагов, ибо если бы не враги, то благодарное человечество похоронило бы каждое светлое начинание. Итак, мы должны запомнить, что строить на отживших элементах мы не можем и чем скорее удастся отойти от них, тем лучше. Идти с ними – значит погибнуть. Потому будем спокойно смотреть на эти дикие выкрики, ибо ненависть их – вернейший щит для будущего. Нужно очень помнить, как было Сказано: “Хотящий войти в Мою страну, должен войти новыми путями и сам стать новым”. Нет места старым отбросам в Новом Строительстве. “Чурам нет хода, с рухлядью нет строительства”. Сейчас наша задача – нейтрализовать их, но не оправдываться перед ними. Извинения лишь усиливают нападки. Ведь мы должны понять, что мы имеем дело не с культурными людьми, но в большинстве случаев с отбросами. Потому нужно действовать по сознанию.

Родная моя Порумочка, я понимаю всю заботу, все беспокойство в связи с сотрудничеством Рунеса. Но раз Вл[адыка] находит, что даже ко-эдиторство* Порумочки в его журнале полезно, и Указывает лишь на известный контроль над ним, то я не вижу, почему так уж беспокоиться. На всех не угодить. В наших стенах мы не можем допустить порнографию и кощунство на Великие Основы, так же как и всякие антиправительственные выступления. Потому, Порумочка, подождем огорчаться и пугаться и посмотрим, не превысит ли польза вреда? Я знаю всю тактичность моей Порумочки и вполне доверяю ее водительству. Радовалась, что детки и сама Порумочка поправились. Выписала еще мускус, но сейчас еще не имею ответа. Если придет, вышлю еще. Шлю мою нежность и ласку.

Родные мои, берегите друг друга, помните, что нет у Вас никого ближе тех, с кем Вас свела судьба. И кто знает, не должен ли Рамо искупить нечто из прошлого по отношению к тем сотрудникам, против которых он иногда возмущается? Чуткость духа должна бы подсказать, что искупление должно совершиться, и если не в этой жизни, то в следующей, и уже в более трудных условиях. Родная моя Модрочка, ведь говорю все это, ибо так хочется видеть ее счастливой и преображенной. Теплота сердца когда-то была тем качеством, которое я так ценила в моей Модр[е]. Будем проявлять во всем честность и правдивость, и победа будет за нами.

Модр[а], пусть Гал[ахад] очень думает о Кооперативе. Осуществлением его он действительно многое искупит.

На вопрос Модр[ы] о том, как должен Ник[одим] говорить о Father и Mother: относительно Father я уже указывала, как говорить; относительно же Mother может ответить на вопросы, если будут таковые, как сердце подскажет.

Прошу передать миссис Камб., что я получила ее официальное письмо с несколькими запросами в связи с журналом Асеева, на которые мы ответим в minutes, тем более, что на два ее вопроса уже давно было отвечено в minutes А.-Й.

Шлю Вам, родные, мое устремление к напряжению всех сил, чтобы продержаться, ибо лучшие времена идут, Великая Заря уже подымается.

Сказано – Новый Год, новые Победы! Положим начало новому осознанию Сотрудничества.

Духом и сердцем с Вами,

Елена Рерих.



<< предыдущее письмо - оглавление - следующее письмо >>


Личные инструменты
Дополнительно