Феномен человека. ДОПОЛНЕНИЕ (к ПСИХОЛОГИЯ НАУКА О ДУШЕ)

Материал из Энциклопедия Агни Йоги.

Перейти к: навигация, поиск

<< предыдущий параграф - оглавление - следующий параграф >>


ДОПОЛНЕНИЕ (к ПСИХОЛОГИЯ НАУКА О ДУШЕ)

Материализм утверждает, что материя, или вечная Вселенная, существует независимо от воспринимающего ее разума, что объект, говоря иными словами, развил из себя субъект, который, в свою очередь, отражает своего создателя в своем воображении.

(Чистый) идеалист, напротив, скажет: «Вовсе нет; это разум в процессе своего эволюционного развития создает материю, и потому последняя существует исключительно в нашем сознании. Все, что мы знаем или можем узнать, следует рассматривать как состояния нашего собственного сознания; все объекты выглядят так, как они выглядят, лишь в силу того, что таковыми они представляются воспринимающему их Эго – его ощущениям и, следовательно, имеют чисто феноменальную природу; таким образом, одновременно с разрушением разума исчезает вся структура кажущейся объективности».

Но в чем же, позвольте спросить, такой идеалист «идеальнее» материалиста? Один априорно отвергает возможность существования чего бы то ни было помимо материи; другой вообще все отрицает – и материю, и дух; но эти две позиции, как ни странно, отнюдь не являются взаимоисключающими. Ибо, с одной стороны, понятно, что реалист никак не смог бы осознать факт независимого существования внешнего мира, не осознав предварительно факта своей собственной субъективности; и с другой стороны, {чистый!) идеалист ничего не может противопоставить утверждению науки о существовании объективной Вселенной за много эонов до появления первых проблесков человеческого сознания.

Из этого затруднения нас может вывести, пожалуй, только компромисс между этими двумя противоборствующими системами, известный под разными названиями, такими, как трансформированный реализм, трансцендентальный реализм или, наиболее точный вариант, объективный (в отличие от чистого) идеализм (если, конечно, этот трансформированный реализм воспринимает объект и субъект в той же манере, что и ведантисты-оккультисты). Согласно этой компромиссной системе, внешний мир нашего нынешнего сознания представляет собой результат совместного действия объекта и субъекта; хотя материя и не существует сама по себе, но с появлением индивидуального разума становится осознаваемым проявлением объективности некоей неизвестной субстанции (неизвестной только непосвященным). Разум преобразует впечатления, получаемые извне – из мира ноуменов, в панораму чисто субъективных представлений. Объект, таким образом, предстает перед сознанием в виде феномена, но первоначальный импульс все-таки приходит извне. Субъект и объект как ноумены одинаково реальны, но объект чувственного восприятия есть сугубо субъективное творение. Возьмем для примера Солнце. Реалисту это сияющее светило представляется существующим вовне, независимо от нашего разума, как это и подсказывает нам наше восприятие. Для идеалиста это – порождение разума, исчезающее вместе с ним. Но для объективного идеалиста вместе с разумом исчезает только феноменальное Солнце, тогда как неизвестная субстанция, истинная природа которой выходит за рамки человеческого понимания и восприятия, остается.

Все это, за исключением «неизвестной субстанции», будет решительно отвергнуто оккультистом. Для него и субъект, и объект – эго, Солнце, разум и сама Вселенная есть майя, одна огромная иллюзия. Но хотя и сам воспринимающий, и воспринимаемый им объект принадлежат к одному и тому же уровню иллюзии, в то же самое время они являются равноправными и взаимосвязанными реальностями на всем протяжении существования манвантарической иллюзии. В реальности, за пределами пространства и времени, все это не более чем следствие и результат невежества. И все же, возвращаясь к выводам одного из величайших мыслителей нашего времени мистера Герберта Спенсера, вопрошающего: «Если воспринимаемый объект реален, то что можно сказать о воспринимающем его субъекте?» и заключающего, что данный процесс возможен лишь при условии «уничтожения обоих» (First Principles, p. 66), мы можем сказать, что с точки зрения оккультизма он абсолютно неправ. Похоже, что м-ру Герберту Спенсеру известен только один уровень субъективности и ничего не известно – об оккультном (йогическом) учении, согласно которому существуют и другие, в том числе и более высокие, нежели наш разум, уровни сознания, видения и восприятия (одним словом, существует «трансцендентальное Эго» или истинная Сущность, Буддхи, искра лучистой сущности Универсального Духа). Зная это, мы можем ответить и на другой вопрос м-ра Спенсера: «Если то, что думает, является истинной сущностью, то чем же должны быть все те прочие сущности, о которых она думает?» (First Principles, p. 66). Истинная Сущность имперсональна, тогда как личностное, или физическое, сознание является лишь ее иллюзорным отражением, присущим воплощенному существованию. Ошибка западной психологии состоит в том, что она считает личностное эго единственным объектом для своих исследований. И следовательно, аргумент, заключающийся в том, что невозможно представить себе субъект, воспринимающий самое себя, хотя и остается вполне состоятельным до тех пор, пока мы ограничиваем сей субъект человеческим разумом (манасом), разбивается в прах в тот момент, когда мы признаем учение Канта и его современных истолкователей о существовании Высшей Сущности, или «трансцендентального Субъекта». Ибо в процессе самоанализа разум, в свою очередь, становится объектом для духовного сознания. И конечным результатом этого процесса осознания существования должно стать безусловное доминирование Буддхи над разумом, то есть самоосознание в его наиболее чистом виде.

Но в то же время следует помнить, что для воплощенного человека 4-го Круга полное осознание своей духовной Сущности остается невозможным. Духовное Эго не отражает различные уровни сознания; оно не зависит ни от каких ощущений (восприятий); оно не мыслит, потому что оно знает, благодаря интуитивному процессу, к которому лишь в самой незначительной степени может приобщиться обыкновенный человек. Это трансцендентальное, или духовное, Эго (Буддхи) как раз и является «субъектом, воспринимающим» разум как атрибут самого себя.

Тот, кто желает побольше узнать об этом, пусть прочтет веданту и философию йоги Патанджали (в эзотерическом ключе). И тогда ему станет понятен истинный смысл таких высказываний, как «Познавший себя выходит за пределы страдания» (Чхандогья Упанишада, VII, i, 3); и опять же: «Тот, кто познал высшего Брахмана, сам становится Брахманом» (Мундака Упанишада, III, ii, 9).

«Современный идеализм хуже материализма»

*  *  *

[Рецензия на книгу Ф.Гартманна «Приключение среди розенкрейцеров». Автор, отдыхая в горах, встречается с Адептом и получает от него наставления.]

Далее следует философский разговор о воле, о которой, в частности, говорится, что она многократно возрастает, если человек воссоединяет ее с универсальной Силой Воли, существующей в Природе, тем самым делая собственную волю пассивной по отношению к закону. Эту фразу необходимо понять правильно, дабы у читателя не возникло ошибочное мнение, будто речь здесь идет о чисто медиумической пассивности как наилучшем средстве стимулирования духовного и оккультного развития. Ради вящей убедительности был произведен феномен с проплывавшим мимо облаком, в которое Учитель зримо вдохнул жизнь, протянув руку в его сторону; объяснен он был опять-таки на основе учения об универсальности жизни и ее идентичности с волей. За этим последовали и другие, еще более удивительные, феномены, и все они, по словам Учителя, были произведены благодаря знанию законов природы, в которые вряд ли поверит наука. Ученик получал ответы на свои вопросы, даже не успев высказать их, словно его мысли читались, как открытая книга. Затем ему показали прекрасный сад, полный экзотических растений и роскошных пальмовых деревьев, поразивших его неестественностью своего произрастания в Тирольских Альпах. Более того, вся эта роскошь показалась ему плохо сочетающейся с аскетическими взглядами, которые ему только что излагал Адепт. Но тут же наш путешественник получил ответ на свои невысказанные мысли: оказалось, что весь этот сад был воздвигнут специально для него, чтобы доставить ему удовольствие. Сад оказался иллюзией. «Всем этим деревьям и цветам... не нужен садовник... уход за ними не требует от нас ничего, кроме работы нашего воображения», – поведал ему Адепт.

«Но уж эта роза никак не может быть иллюзией или порождением моего воображения?» – спросил он тогда.

«Нет, – сказал Адепт, – ...она – результат игры воображения Природы, в процесс которого способна вмешиваться осознанная воля Адепта. Весь мир... не что иное, как мир воображения Вселенского Разума, который является Творцом всех форм...»

Чтобы пояснить свою мысль, Адепт заставил исчезнуть стоявшую в отдалении цветущую магнолию шестидесяти футов в высоту. Дерево вдруг стало прозрачным, а его зеленая листва – серой; оно становилось «все более бесплотным», пока не «превратилось в подобие призрака и в конце концов совершенно скрылось с глаз».

Теперь ты убедился [продолжил свои объяснения Адепт], что дерево пребывало в сфере моего разума, так же как и твоего. Все мы живем в сфере разума друг друга... Адепт творит свои собственные образы; обычный смертный живет в окружении плодов воображения других или воображения природы. Мы живем в раю наших собственных душ... но сферы наших душ довольно велики. Они распространяются далеко за пределы наших видимых тел и не перестанут расширяться, пока не сольются со Вселенской Душой...

Человечество еще очень мало знает о силе воображения, иначе люди осторожнее относились бы к своим мыслям. Думает ли человек о добром или о дурном, его мысли вызывают к жизни соответствующую им форму или силу... способную обрести плоть и начать жить... порою намного дольше, нежели физическое тело породившего их человека. После смерти тела эти мысли остаются вместе с его душой, поскольку творения сопровождают своего творца.

В этой небольшой по объему книжке повсюду разбросаны перлы истинной мудрости. Ибо то, что излагается в ней в виде диалогов и монологов, есть сконцентрированный результат долгого изучения автором давно забытых и заплесневелых старинных рукописей розенкрейцеров и средневековых алхимиков, изъеденных червями фолиантов, написанных непризнанными, но тем не менее великими Адептами всех столетий.

«Приключение среди розенкрейцеров»

*  *  *

М.К. В объяснениях все это [создание двойников] выглядит понятно и просто. Почему же, в таком случае, подобное случается лишь с немногими?

Е.П.Б. Потому что способность к созданию пластических изображений у всех людей разная. В своем потенциале разум двойствен: он одновременно и физический, и метафизический. Высшая часть разума связана с духовной душой, или Буддхи, низшая – с животной душой, с камой. Есть люди, которые никогда не используют высших способностей своего ума; тех, кто это делает, меньшинство, и потому они стоят как бы особняком (если не сказать – выше) от остальной массы человечества. Такие люди даже самые ординарные вопросы будут рассматривать с высшего плана. Особенности характера человека, способности, которыми он обладал в предыдущей жизни, а иногда и физическая наследственность определяют, какой именно «принцип» разума определяет процесс мышления. Вот почему материалисту, у которого потенциальная способность к метафизическому мышлению полностью атрофирована, так сложно мыслить высшими категориями; и наоборот, духовно развитому от природы человеку так тяжело примириться с низким уровнем грубой, вульгарной мысли. В значительной степени этим определяется оптимистический или пессимистический взгляд человека на жизнь.

М.К. Но ведь можно приучить себя мыслить высшими категориями, иначе для тех, кто хотели бы изменить свою жизнь и повысить качество своего мышления, не оставалось бы никакой надежды? Такой возможности просто не может не быть, в противном случае будущее всего мира следует признать безнадежным.

Е.П.Б. Безусловно, возможность к развитию такой способности существует, но достичь успеха можно только ценой непоколебимой решимости, твердостью духа и готовностью к огромному самопожертвованию. Тем, кто наделен этими способностями от рождения, конечно, намного легче добиться успеха. Ведь один человек способен разглядеть поэзию даже в капустной грядке или в свиноматке с поросятами, а другой и в самых возвышенных вещах увидит только их низший материальный аспект, будет смеяться над «музыкой сфер» и потешаться над наиболее утонченными идеями и философиями. Это различие обусловлено врожденной способностью разума мыслить либо на высшем, либо на низшем уровне с помощью астрального (если вкладывать в этот термин тот смысл, которым наделял его св. Мартин) или физического мозга. Большие интеллектуальные способности зачастую указывают не на наличие, а на отсутствие способностей к духовному и истинному восприятию, примером тому служат подавляющее большинство великих ученых. Не обвинять мы их должны, а пожалеть.

М.К. Но каким же образом человеку, мыслящему на высшем уровне, удается создавать при помощи своего мышления более совершенные и более устойчивые образы и объективные формы?

Е.П.Б. Не обязательно только «такому человеку», но и всем, обладающим достаточно высокой чувствительностью. Человек, наделенный способностью мыслить даже о самых пустяковых вещах высшими категориями, уже имеет благодаря этому дару весь необходимый энергопотенциал для создания пластических образов, так сказать, в своем собственном воображении. О чем бы такой человек ни думал, интенсивность его мышления будет настолько превышать напряжение мысли обычного человека, что благодаря именно этому обстоятельству он и наделен мощью созидания пластических образов.

Наука уже признала как факт, что мысль – это энергия. И эта энергия, будучи приведенной в действие, возбуждает атомы окружающей нас астральной атмосферы. Как я уже говорила, лучи мысли обладают в астральной атмосфере такой же способностью к созданию форм, как и солнечные лучи – в хрусталике глаза. Каждая мысль, энергично посланная в пространство мозгом, порождает nolens volens определенную форму.

М.К. И порождаемая форма абсолютно лишена сознания?

Е. П. Б. Совершенно бессознательна, если, конечно, ее творцом не является Адепт, намеренно наделивший эту форму сознанием или, вернее, пославший достаточно своего интеллекта и воли, чтобы она производила впечатление разумной. Это накладывает на нас ответственность за наши мысли.

Однако не следует забывать, что существует огромная разница между Адептом и обычным человеком. Адепт способен использовать свою майя-ви-рупу по собственному желанию, что обычному человеку не под силу, разве что в некоторых исключительных случаях.

Эта форма получила название майявирупа потому, что является иллюзорной формой, созданной исключительно для выполнения определенной работы, для этого она обладает вполне достаточным сознанием, которым ее наделяет Адепт. Обыкновенный человек с легкостью создает мыслеобразы, особенности и сила воздействия которых ему совершенно неведомы.

М.К. В таком случае, каждому человеку, какой бы интенсивностью воображения и психическими силами он ни обладал, следует быть очень осторожным в своих мыслях?

Е.П.Б. Безусловно, поскольку каждая мысль образно передает состояние погруженного в размышления человека. В противном случае ясновидящие не могли бы определять по ауре человека его прошлое и настоящее. То, что они видят, представляет собой панораму вашей собственной жизни, представленной рядом последовательных действий как результат ваших мыслей. Вы спрашивали меня, несем ли мы наказания за свои мысли? Не за все, поскольку часть из них совершенно безжизненные; но за прочие, те, что мы называем «безмолвными», но полными энергии, – да. Возьмем, к примеру, крайний случай, когда человек настолько порочен, что желает смерти другому. Если этот зложелатель не дугпа (высокий адепт черной магии), для которого кармическое возмездие отсрочено, такая мысленная посылка непременно бумерангом вернется к своему породителю.

«Астральные тела и двойники»


*  *  *

Каждый из нас обладает способностью, или внутренним чувством, именуемым интуицией, но как редко встречаются те, кто знает, как его можно развить! А ведь это единственная способность, позволяющая человеку видеть вещи в их истинном свете. Это инстинкт души, который становится тем совершеннее, чем чаще мы его используем; благодаря ему мы можем воспринимать и понимать реальные и абсолютные факты с гораздо большей уверенностью, чем это позволяют наши физические чувства и наш интеллект. То, что мы называем здравым смыслом и логикой, позволяет видеть только внешнюю сторону вещей, и без того очевидную для каждого. Инстинкт, о котором я говорю, является проекцией нашего воспринимающего сознания – проекцией, которая действует от субъективного к объективному, но никогда наоборот и пробуждает в нас духовные чувства и способность действовать на духовном уровне. Благодаря этим чувствам человек приобретает возможность отождествлять себя с сутью рассматриваемого объекта или действия и постигать их такими, как они есть на самом деле, а не как они представляются нашим физическим чувствам и нашему холодному разуму. «Мы начинаем с инстинкта, а заканчиваем всеведением», – говорит профессор А.Уайлдер, наш старейший коллега. Ямвлих описал эту способность, и некоторые теософы смогли осознать истинность этого описания.

Человеческому разуму [говорит он] присуща способность неизмеримо более высокая, чем все прочие его способности, врожденные или благоприобретенные. С ее помощью мы можем достичь единства с вышестоящим разумом, возвыситься над реалиями своей земной жизни и приобщиться к более совершенному существованию и сверхчеловеческим способностям обитателей небесных сфер.

Благодаря этой способности мы окончательно освобождаемся от господства Судьбы [Кармы] и сами становимся, так сказать, кузнецами собственного счастья. Ибо когда наша самая совершенная часть наполнится энергией, а наша душа дорастет до сущности более высокой, чем наука, она (душа) сможет освободиться от условий, удерживающих ее в оковах повседневной жизни; она сменит свое обычное существование на другое и откажется от условностей и привычек, свойственных внешней стороне вещей, чтобы всецело слиться с другой их стороной – той, что господствует в этом более возвышенном состоянии существования... [Iamblichus, De Mysteriis, VIII, 6, 7.]

Платон выразил ту же самую идею всего в нескольких строках:

Свет и дух Божественного – это крылья души. Они возносят ее над землей, в которой дух человека всегда готов перемазаться, и поднимают до уровня богов... Уподобиться богам – значит стать святым, справедливым и мудрым. Именно для этой цели был сотворен человек; и к ней он должен стремиться, приобретая знания. [Phaedrus, 246 D. E.; Theaetetus, 176 В.]

«Путеводный свет Неведомого»

*  *  *

Если секуляристы желают оставаться последовательными материалистами, им поневоле придется исключить из сферы своих исследований более половины вселенной, а именно ту ее часть, которая включает в себя ментальные феномены, особенно те, что сравнительно редки и рассматриваются как природные аномалии. Или же они воображают, будто в психологии, самой молодой из наук, все уже известно?

Взгляните хотя бы на Общество психических исследований с его кембриджскими светилами – этими жалкими потомками Генри Мора! – как неистовы, но тщетны их усилия, единственным результатом которых является пока только лишь еще более усугубившаяся путаница. А почему? Да потому, что они по недомыслию своему вознамерились исследовать и объяснить психические феномены, исходя из одних лишь физических законов. Ни один западный психолог до сих пор не смог дать убедительного объяснения даже такому простейшему феномену сознания, как чувственное восприятие. А такие ментальные и психические проявления, как передача мыслей, гипнотизм, внушение и многие другие, прежде и вовсе считались сверхъестественными либо происками дьявола и лишь совсем недавно были признаны естественными феноменами... И если их используют те, кто унаследовал тысячелетние традиции изучения и применения этих сил, а также исследования их законов и образа действия, то стоит ли удивляться тому, что они дают эффект, непостижимый для науки, но сверхъестественный только в глазах невежд.

«Сила предрассудков»

*  *  *

Так, он [Пирогов] настаивает на том, что Вселенскому Разуму не нужен физико-химический, или механический, мозг как особый передающий орган. Эту свою мысль он подкрепляет следующими наводящими на размышление словами:

Наше мышление со всей необходимостью должно признать существование бесконечного и вечного Разума, который управляет океаном жизни... Мышление, в том числе и творческое, в полном соответствии с законами единства и причинности, достаточно зримо проявляется в жизни вселенной и без помощи мозговой массы... Направляя различные силы и элементы на формирование организмов, этот организующий жизненный принцип становится самоощущающим, самоосознающим, рациональным, или индивидуальным. Вещество, направляемое этим жизненным принципом, организуется в соответствии с его генеральной линией, образуя определенные типы...

Он объясняет эту свою веру тем, что, по его собственному признанию, за всю свою наполненную учебой, наблюдениями и экспериментированием жизнь он так и не смог

...убедиться в том, что наш мозг – это единственно возможный во всей вселенной орган мышления; что кроме этого органа абсолютно все в этом мире – безусловно и бесчувственно и что только человеческое мышление привносит во вселенную смысл, разумную гармонию и целостность.

...он отвергает идею о том, что все состояния и феномены сознания производят во внутреннем мире человека движение того же самого типа, что и во внешнем, и доказывает это свое отрицание тем, что некоторые такие состояния и феномены не требуют проявления в пространстве. По его утверждению, с нашей концепцией пространства связаны только те феномены, которые достигают нашего сознания через зрение и осязание, в то время как остальные ощущения, аффекты, тенденции и бесчисленное множество самых различных образов имеют протяженность во времени, но не в пространстве.

Так, он спрашивает:

И где здесь найдется место для механистической теории? Мои оппоненты могут возразить, что это всего лишь нереальные образы, тогда как в действительности все эти вещи имеют пространственную протяженность. Но этот аргумент будет полностью ошибочным. Единственное, что заставляет нас верить в то, что воспринимаемые нашими чувствами объекты действительно имеют во внешнем мире пространственную протяженность, это наши предположения, основанные на данных, предоставляемых нам нашими зрительной и осязательной способностями. Однако если принять во внимание еще и наличие у человека царства внутренних чувств, то эти предположения становятся беспочвенными и далеко не такими очевидными.

До сих пор противники витализма* и «жизненного принципа», а также сторонники механистической теории жизни основывали свои взгляды на предположении, что по мере прогресса физиологии ее представители все более и более преуспевают в истолковании физиологических функций на основе законов бессознательной материи. Они полагают, что все проявления, которые приписываются «мистической жизненной силе», восходят все к тем же законам физики и химии. И до сих пор они кричат, что триумфальная демонстрация всего жизненного процесса, во всей его полноте, без всяких тайн, но исключительно как очень сложного феномена движения, управляемого однако только силами неодушевленной природы, – это всего-навсего вопрос времени.

Однако в нашем распоряжении есть свидетельство одного профессора психологии, утверждающего, что вся история психологии доказывает, к их большому сожалению, совершенно обратное; вот эти произнесенные им зловещие слова:

Я утверждаю, что, чем более точными и многогранными становятся наши эксперименты и наблюдения, чем глубже мы погружаемся в суть явлений, чем более мы стараемся понять и объяснить феномены жизни, тем более мы убеждаемся в том, что даже те феномены, которые, как нам поначалу казалось, легко могли быть объяснены физическими и химическими законами, на деле оказываются необъяснимыми. Все оказывается намного сложнее; и уже сейчас мы можем утверждать, что никакому механистическому истолкованию эти феномены не поддаются.

«Космический разум»

*  *

Если бы они только могли представить себе те опасности, которые они порождают, те новые формы ментальных и физических болезней, которые создает столь неблагоразумное использование психической воли! Это предосудительно также и в моральном плане, как искусственное введение в кровь человека животной материи (на физическом плане это сравнимо с печально известным методом Брауна-Секворда*). Они смеются над оккультными науками и отрицают месмеризм. И все же до конца нынешнего века им следовало бы понять, что идею преступления, совершаемого ими ради эксперимента, с той же легкостью, с какой она была порождена, усилием воли не устранить. Они должны понять, что, хотя внешние проявления нежелательных последствий внушения и могут исчезнуть по воле оператора, активная живая корпускула, искусственно введенная в человека, при этом не исчезает; что, проникнув в среду человеческих (или, вернее, животных) страстей, она может пребывать в пассивном состоянии иногда годами, а потом вдруг проявится под воздействием каких-то непредвиденных обстоятельств. Глупая нянька, урезонивая ребенка, внушая ему, что вот-вот придет страшилище и заберет его или что в углу сидит черт, способна таким образом внушить ему веру в эту чепуху лет на двадцать, а то и на все тридцать. В лабиринтах человеческой памяти есть таинственные, темные закоулки, практически не исследованные психологами; и открываются они один только раз, реже – два раза в течение всей человеческой жизни, да и то лишь при исключительных, анормальных обстоятельствах. И когда это происходит, человек совершает какой-либо значительный подвиг, не отдавая себе отчета о причинах, подвигнувших его на это; или же совершает какое-нибудь чудовищное преступление, причина которого так навсегда и остается загадкой для окружающих...

«Черная магия в науке»

*  *  *

[...согласно моей теории (должен признать, в значительной мере мистической), атомные или молекулярные колебания (без которых ощущение следует признать невозможным) имеют место не только в видимых и постоянно изменяющихся клетках мозговых тканей, но и в чем-то еще – в некоей более тонкой, эфирной субстанции, которая, проникая во все атомы, проходит сквозь них, невосприимчивая ни к каким органическим изменениям.]

Это чисто оккультное учение. Наша «память» – это только посредник, а ее «скрижали» с их неизгладимыми впечатлениями – это всего лишь метафора: «скрижали мозга» служат исключительно в качестве упадхи, или вахана (основы, или носителя), чтобы воспроизводить в нужный момент память о той или иной вещи. Память о прошлых событиях, вплоть до самых незначительных, и о прошлых мыслях на самом деле фиксируется в вечных волнах астрального света, которые охватывают не только мозг, но и все окружающее пространство вокруг нас, ибо они присутствуют повсюду. Ментальные картины, образы и звуки, хранящиеся в этих волнах, проникают через сознание личностного Эго, или разум (низший манас, самая грубая субстанция которого – астральная), в, так сказать, «церебральные отражатели» нашего мозга, откуда они передаются психическим сознанием сознанию чувственному.

Этот процесс продолжается каждую секунду в течение всего дня и не прекращается даже во сне. См. статью «Психическая и интеллектуальная деятельность» в «Lucifer» (November, 1890, p. 181 – 182.)

[Таким образом, если одно «я» основано на наблюдении и эксперименте, то факт существования другого можно выявить с помощью логики, а третье основывается на вере.]

«Вера» в данном случае – не самый точный синоним внутренней интуиции. Последняя безошибочно демонстрирует нам исходную истину в той или иной области вселенной, в то время как первая продолжает объективизировать и искажать ее, в соответствии с ограничениями нашего объективного уровня. Интуиция божественна, тогда как вера – «от человеков».

[Мышление мозга невообразимо без самого мозга.]

Именно так; однако оккультная философия делает осмысленным даже такой абсурдный постулат, как существование в проявленной Вселенной активного Разума, лишенного какого-либо органа; и даже еще более абсурдный, такой, как эволюция объективной Вселенной (и всего сущего в ней) вследствие слепой случайности, тем, что придает этой Вселенной орган мышления, «мозг». Последний хотя и не является объективным для наших чувств, тем не менее существует; его следует искать в Сущности под названием Космос (в каббале – Адам Кадмон). Каков микрокосм (человек), таков и Макрокосм, или Вселенная. Каждый «орган» в ней представляет собою чувствующую сущность, и каждая частица материи или субстанции, от физической молекулы до духовного атома, – это клетка, нервный центр, сообщающийся с веществом мозга или с субстанцией, находящейся на уровне божественного Мышления, в которой происходит первичное формирование идей. Таким образом, человек действительно создан по образу Бога, или Божественной Природы. Каждая клетка человеческого организма таинственным образом связана с аналогичной «клеткой» божественного организма проявленной Вселенной; только вторая «клетка» приобретает в Макрокосме гигантские пропорции разумной сущности, принадлежащей к той или иной Иерархии Существ. Это справедливо только по отношению к дифференцированному божественному Разуму на его уровне производства идей. Это вечное, или Абсолютное, мышление лежит за пределами нашего понимания и потому непроницаемо для нас.

 

[По поводу существования безграничного и неизмеримого, сравниваемого автором с новым континентом, который, по его мнению, никогда не будет полностью изучен.] Но почему бы и нет? Что если в процессе естественной эволюции на смену нашему «мозговому разуму» придет более утонченный организм, которому будут служить и шестое, и седьмое чувства? Ведь и сейчас существуют «умы-первопроходцы», развившие в себе эти чувства.

[...то, что чувствует в нас наш чувственный принцип... невозможно локализовать в той или иной части мозга; неправомерно также рассматривать мозг как его единственное вместилище.]

Месмерические и гипнотические эксперименты неопровержимо доказали, что ощущения могут быть независимыми от тех органов чувств, которые, как принято считать, призваны генерировать и передавать их в нормальном состоянии. Еще неизвестно, сможет наука или нет когда-нибудь доказать, что вместилищем мышления, сознания и пр., – словом, sensus internum, действительно является мозг, но уже сейчас доподлинно известно и полностью доказано, что при определенных условиях наше сознание и весь набор наших чувств могут действовать и через иные органы, например желудок, ступни ног и т.д. Заключенный в нас «чувственный принцип» есть сущность, способная действовать как внутри, так и вне материального тела; и, конечно, он не подчинен в своих действиях никакому конкретному органу, хотя во время воплощения проявляет себя через органы физического тела.

[...есть множество абсолютно осознанных восприятий, настолько мимолетных, что они практически сразу выпадают из круга нашей сознательной деятельности и не сохраняются в памяти.]

Это научное утверждение никогда не признает ни один восточный оккультист, так как он скажет, что ничто из происходящего, ни одно проявление, каким бы скоротечным или слабым оно ни было, не может выпасть или быть выброшено из скандхических записей о человеческой Жизни. Ни одно, даже самое незаметное ощущение, самое незначительное действие, импульс, мысль или впечатление не может исчезнуть из Вселенной. Мы можем полагать, что они не фиксируются нашим сознанием и не сохраняются нашей памятью, но они все равно останутся записанными на скрижалях астрального света. Персональная память есть фикция, придуманная физиологами. В нашем мозге есть клетки, которые воспринимают и передают ощущения и впечатления, но на этом их миссия исчерпывается. Эти клетки предполагаемого «органа памяти» служат приемниками и передатчиками всех изображений и впечатлений, но никак не их хранилищем. При различных обстоятельствах и под воздействием разного рода стимулов они могут мгновенно получать отражения этих астральных образов обратно; и это как раз то, что мы называем памятью, или воспоминанием. Но хранить в себе эти образы они не могут. И когда о человеке говорят, что он потерял память или что память у него ослабла, это всего лишь facon de parler, так как на самом деле слабеют или разрушаются только клетки нашей памяти.

Через оконное стекло мы можем ясно видеть и солнце, и луну, и звезды, и все прочие внешние объекты, но, если стекло потрескается, все эти внешние образы предстанут перед нами в искаженном виде. А если совсем разбить стекло и заколотить оконный проем досками или же просто опустить шторы, всякие внешние образы вовсе исчезнут из нашего поля зрения. Но разве это дает нам право говорить, что и солнце, и луна, и звезды при этом исчезают, и разве, починив окно и вставив новое стекло, мы не сможем снова видеть все то же самое, не выходя из своей комнаты? Известны случаи безумия, длившегося месяцами и даже годами, или горячечного бреда, продолжавшегося несколько дней кряду, когда практически все, что говорил или делал человек, делалось и говорилось бессознательно. И все-таки по выздоровлении больные хорошо помнили некоторые свои слова и поступки, сказанные и совершенные в беспамятстве. Бессознательная мозговая деятельность является феноменом нашего уровня и может существовать для личностного разума. Но Универсальная Память хранит каждое, даже самое слабое, движение и каждое ощущение, когда-либо возмутившее воды дифференцированной природы, будь то человек или же вся Вселенная.

«Вопросы жизни»




<< предыдущий параграф - оглавление - следующий параграф >>


Личные инструменты
Дополнительно