17.05.1938 Е.И.Рерих З.Г.Лихтман, К.Кэмпбелл и М.Лихтману

Материал из Энциклопедия Агни Йоги.

Перейти к: навигация, поиск
Информация о письме
  • От кого: Е.И.Рерих
  • Кому : З.Г.Лихтман, К.Кэмпбелл и М.Лихтману
  • Дата : 17.05.1938
  • Издание: МЦР, 2006

Е.И.Рерих – З.Г.Лихтман, К.Кэмпбелл и М.Лихтману

17 мая 1938 г.

Родные мои Радночка, Амрида и Морис, сейчас пришло письмо Зиночки от 20 и 21 апреля о посещении адвоката Смита. Считаем, правильно было сказано, что именно сотрудники хотят иметь добавочных Трэстис[1] и даже из числа культурных бондхольдеров[1], настаивая на культурных, ибо нельзя, чтобы какой-то овощной торговец распоряжался и ведал просветительными учреждениями. Больше того, мы готовы предоставить бондхольдерам все управление домом и оставить за собою лишь право заведовать просветительными учреждениями. Мы не имеем никаких притязаний на дом, кроме права пользования теми помещениями, которые необходимы для просветительной деятельности. Между прочим, интересно, откуда Смит слышал, что в 40-м году дом перейдет в руки бондхольдеров? Неужели кто-то допускает, что Хорш допустит это и не найдет возможности купить этот дом по сниженной цене у тех же бондхольдеров? Разве он не имеет такого ловкого адвоката, как Эрнст?

Теперь, надеюсь, родные мои, что этому новому человеку было ярко показано, какую культурную величину представляет собою Н.К. Совершенно необходимо, чтобы это обстоятельство твердо запечатлелось в мозгу всех защитников. Именно, нужно ярко обрисовать фигуру Н.К. и ничего не забыть из имеющихся ассетов[1]. Следует перечислить и переслать ему все монографии, библиографический памфлет, все Мессаджи[1], Декэд[1], все конгрессы и всю работу по Пакту. Именно, подчеркните, что нет сейчас такого современного художника и культурного деятеля-мыслителя, о котором столько бы писалось во всех странах, как о Н.К. Напомните имена высокопросвещенных деятелей и официальных представителей стран, откликнувшихся на его юбилей. Ведь и сейчас помимо двух монографий, уже печатающихся на русском и английском языках, пишутся одна английским писателем, другая – швейцарским известным биографом. Печатается и сборник приветствий последнего прибалтийского конгресса по случаю юбилея. Все эти издания, да еще в такие тяжкие времена, конечно, свидетельствуют об исключительной значительности личности художника. Укажите, какие статьи и блестящие отзывы были и в самой Америке. Ведь книга собранных Морисом отзывов весьма внушительна. Также и здесь, в Индии, печатаются сотни его статей в многочисленных периодикалс[1] и просвещенные индусы высоко чтут его творчество во всех областях жизни. Вы знаете, какие чудесные эпитеты сопровождают его имя.

Вспомним то количество обществ его имени, которые распространены по всему миру. Разве все это не свидетельствует о Личности? Неужели все эти достижения ничто, начиная с России, где он носил высшее звание Академика, даваемое за особые заслуги как в области научной, так и художества? Причем титул Академика вовсе не значит «студент Академии», как это старались доказать враги, пользуясь незнанием судей, но было в России высшим званием. Укажите на его многолетнюю деятельность как директора Школы Поощрения Художеств, находившейся под непосредственным покровительством Государя Императора и всей Императорской семьи и имевшей более двух тысяч учеников. Процветание этой исключительной школы, имевшей пять отделений и свой музей, доказывает об организаторском таланте ее водителя. Итак, соберите, родные, все ассеты. Ибо, как Сказано: «Нельзя прилагать карликовые мерки к великану». Если начать судить только на основании подложных бумажек, а также на выманивании мошенником, состоявшим доверенным, под фальшивыми причинами подписей, то, конечно, никакой справедливости ожидать нельзя. Именно, не забудьте подчеркнуть то обстоятельство, что Хорш был полным доверенным нашим и что, находясь за тысячи верст в пустыне, мы не могли оградить себя от его хитро удуманных мошенничеств. Родные, необходимо это повторять людям, и особенно настоятельно нужно делать это с новыми лицами. Я даже советовала бы выписать все ассеты на отдельном листе, чтобы защитник мог всегда иметь их перед глазами. Думаю, что Вы найдете еще многое что добавить к листу и всяких почетных награждений и избраний.

Потому, родные, если судьи положат на чашу весов всю известность Н.К., все его труды по просвещению и, наконец, его безупречную репутацию, которой он пользовался в России и среди выдающихся культурных слоев, а на другую – стендинг[1] Хорша с его жульническими проделками, с его возмутительнейшим брич оф трест[1], то, мне кажется, только слепой не увидит всей несправедливости, всей гнусности, творимой предателями. Неужели бумажки, в большинстве случаев поддельные, подтасованные или выманенные под фальшивыми предлогами (векселя) и тут же аннулированные, но теперь вновь появившиеся после того, как было заявлено при свидетелях об уничтожении их (векселя), могут перевесить все показания уважаемых лиц? Причем все эти подписи бумажек были сделаны по принуждению, под фальшивым предлогом накануне дня отъезда в Индию, чтобы тем самым лучше подставить ловушку и не дать возможности иного выбора. Вы помните, родные, как на возмущенный протест Зиночки Хорш должен был выдать имеющееся у Вас письмо, которое должно было аннулировать всю задуманную им подлость, причем он сказал, что все векселя им уничтожены.

Неужели же суд, как представитель высшей справедливости, не руководствуется нравственным кодексом и уровнем судящихся или судимых? Ведь в таком случае преимущество или право всегда будет на стороне опытного мошенника! Ведь каждый человек неизбежно судит о людях более или менее по себе, потому естественно, что честный человек не может представить себе всей бездны гнусности и никогда не сможет избавиться от хитросплетенных мошеннических проделок, в данном случае еще от человека, имевшего нашу полную доверенность и который на протяжении тринадцати лет чуть ли не в каждом письме и докладе клялся в своей преданности и в том, что он всем обязан Н.К. и прочее, и прочее. Все это необходимо пояснить новому адвокату, чтобы у него составилась яркая картина многолетнего хитро обдуманного преступления.

Также скажите адвокату, что, конечно, противники сильны тем, что у них имеется страна, тогда как мы сейчас не имеем такой защиты. Но страна наша воскресает. Также укажите, что все это чудовищное ограбление, захват произведений художника, его труда почти за четверть века, будет ярко отмечено в Истории Культуры народов, и если не сейчас, то через несколько лет. Истинно, страна наша воскресает, и в свое время она скажет и найдет подходящие слова, чтобы заклеймить предателей. У нас два талантливейших сына. Неужели кто-то по близорукости думает, что они не встанут на защиту, когда явится возможность! Не скрывайте от адвоката действий Глина. Скажите, что Глин был другом Франсис и имел со мною дружественную переписку. Но после того как апостаты проникли благодаря Франсис и мне к Глину, они, вероятно, спели свою очередную клевету, после которой отношения его к Франсис резко изменились, и, так как я встала на защиту Франсис, злоба их и Глина, их послушной марионетки, обратилась и на нас, и переписка моя с ним пришла к концу. Ничего не скрывайте. Именно предатель пользуется сейчас Глином как своим демми[1]. Можно было бы запросить этого безумца, долго ли он будет пребывать в этом почетном положении.

Родные, прошу Вас, поймите сердцем, почему сейчас говорю только о центральной фигуре. Ибо Сказано, что необходимо создать мощный центр, и тогда приложится и все остальное. Указано, что ошибка Франсис в ее переговорах с известными адвокатами и была в том, что, как всегда, она не сумела ярко обрисовать личность Н.К. и тем не создалось фокуса для интересного дела. Конечно, пишу это доверительно и прошу не говорить ей об этом Указании, иначе получите нового и опаснейшего врага. Она больна, это несомненно, и с больного трудно ожидать разумных действий. Будьте с нею крайне осторожны.

Также, родные, следует понять, что из того, что какие-то судьи или адвокаты не знают о деятельности и значении личности Н.К., то, значит, и другие ничего не знают. Попробуйте спросить таких судей и адвокатов имена выдающихся современных художников, ученых или даже политических деятелей в других странах, и они не смогут этого сделать. Специализация, особенно проводимая в англосаксонских странах, лишает широкого образования и необходимого для правильного мировоззрения синтеза.

Вы понимаете о необходимости путешествий и широкого образования именно для судей, этих вершителей судеб множества людей. Самое гнусное проявление нашей убогой культурности – это невежественный судья! Итак, судья должен быть самым просвещенным гражданином своей страны.

Теперь, родная Зиночка, прошу передать мою признательность князю Кудашеву за оказанную помощь. Особенно ценно мне, что эта помощь пришла от соотечественника, и даже от дальнего родственника. Зиночка может показать ему мой портрет. Хотелось бы чем-то отблагодарить его, но не знаю чем. Во всяком случае, Зиночка не забудет передать ему мою сердечную благодарность и такой же привет.

Гребенщиков продолжает писать двусмысленные инсинуации и твердить что-то туманное о действии Высшей Справедливости. Именно, он видит Высшую Справедливость в разрушении культурных начинаний!!! Но как во время визной эпопеи[1] я на все нападки и неудачи говорила, что посмеется хорошо тот, кто посмеется последним, так утверждаю и сейчас. Потому, родные мои, с новым мужеством и более широким пониманием значения Личности Н.К., не говоря уже о памятовании, за что мы сражаемся и какое мощное Воинство в срок утвердит яркую победу, вступим в новую фазу битвы.

 


Примечания



<< предыдущее письмо - оглавление - следующее письмо >>


Личные инструменты
Дополнительно